Поколение гаджетов: Есть ли шанс остановить подростковое насилие

О набирающей обороты агрессии подрастающего поколения в России говорят давно. Пробелы в духовном воспитании и отсутствие внимания со стороны родителей восполнили социальные сети и компьютерные игры. Они стали мощнейшей разрушительной силой. Особенно это сказалось на детях, родившихся на стыке ХХ и ХХI веков. У них отсутствуют собственное мировоззрение и жизненные приоритеты, гаджеты заменили им книги, понятия Родины и семьи для них размыты, а героями, на которых они равняются, стали те, кто решает проблемы при помощи силы и денег.

Именно из-за бесконтрольного потока информации, пропагандирующей насилие, и появилось поколение жестоких, беспринципных и запрограммированных на агрессию молодых людей, которые устраивают кровавые расправы в школах, издеваются над сверстниками и животными ради «хайпа», а потом выкладывают в Интернет жуткие и леденящие душу ролики. По сути, это первое по-настоящему цифровое поколение. И именно оно, по мнению главы Центра кризисной психологии Михаила Хасьминского, очень сильно подвержено манипуляциям извне:

Современные виды манипуляции очень серьезные. Раньше в таком масштабе и таких изощренных технологий не было. Происходит постепенное переформатирование человека, Сеть часто используется как инструмент. Порой родителям невозможно понять и отследить, кто в Интернете общается с их детьми. А там на самом деле технологично идет такой контент, используются такие средства манипуляции, какие раньше никто и представить не мог.

Компьютерные игры сегодня тоже стали серьезным средством перепрограммирования неокрепших умов. Они прививают определенную модель поведения.

«Если ребенок с детства любит свою игрушку, проецирует на нее свою любовь, то он потом так в жизни и будет относиться к окружающим. А если он с определенного возраста привыкает убивать, то это формирует определенные паттерны поведения, — пояснил Хасьминский. — Некоторые все-таки разделяют реальность и нереальность. Но есть и те, кто уже на это не способен. Поэтому убийства и насилие кажутся им совершенно нормальным жизненным явлением. А компьютерные игры совершенствуются. Это уже не символика. Иногда компьютерная игра выглядит более натурально, чем жизнь. Поэтому происходит закрепление именно такого поведенческого паттерна».

Это еще раз доказывает трагедия в Керчи. Молодой убийца оказался настолько вовлеченным в виртуальный мир насилия, что без малейшего сомнения перенес полученный кровавый опыт компьютерных игр в реальность. Не остановил его даже и страх перед собственной смертью. Скорее всего, он был уверен, что умрет, как герой любимой видеоигры.

Как создаются «герои» нашего времени.

Особую популярность в Интернете набирает тема «скулшутинга» (массового расстрела в школах). По данным экспертов Лиги безопасного интернета, начиная с июля 2017 года это течение увеличило свою популярность. Подростки кооперируются в закрытые группы «Колумбайн», и таким образом в нашей стране получает развитие целое фанатское движение, возводящее в культ американские сценарии школьных расправ. В этих пабликах размещают дневники убийц, устроивших бойню в американской школе «Колумбайн» в 1999 году, и романтизируют их образы. Они представляются не как террористы, монстры и антигерои, а как смелые подростки, решившиеся отомстить своим обидчикам — одноклассникам и учителям. Это движение распространяется по Сети, как настоящая раковая опухоль, поражающая все клетки еще не сформировавшихся мозгов. Несмотря на периодическую блокировку подобных групп, они все равно появляются, вовлекая в самую настоящую секту насилия все больше подростков. 

Елена Мильская (в центре). Фото: www.globallookpress.com 

Особую роль в распространении интереса к скулшутингу сыграли СМИ, — считает член Попечительского совета Лиги безопасного интернета Елена Мильская. — Своими масштабными публикациям они донесли до множества людей информацию о существовании фанатского течения "Колумбайн" в социальных сетях, культуре скулшутинга и о том, что в среде подростков это новая и захватывающая тема. Сегодня некоторые подростки, ранее состоявшие в группах "Колумбайн", перебираются в более опасные группы, содержащие шокирующий контент, который еще более усугубляет появившийся интерес к насилию.

Лига безопасного интернета только с апреля текущего года зафиксировала, что в деструктивные сообщества в социальных сетях вовлечены около пяти миллионов подростков. Кто из них и в какой момент сдетонирует, как предписывает компьютерная программа и стоящие за ней кураторы, неизвестно.

Сегодня подростки ищут объект для подражания не по принципу «добро или зло», а по принципу «хайпа» и количества «лайков», его колоритности и популярности в сетях. Морально-нравственные качества подрастающее поколение уже давно не интересуют. Эксперты связывают рост деструктивных групп в социальных сетях с началом обострения обстановки на Украине. Специалистам в сфере безопасности Интернета не так просто вычислить администраторов этих групп, так как они создают фейковые профили. Но IP- адреса часто указывают именно на украинский след. Колумбайновские движения, кроме крайне заинтересованных в разложении русской молодежи лиц, получают также поддержку и от иностранных компаний, которые занимаются продвижением в Интернете своих товаров и услуг. Они с радостью финансово подогревают любую тему, если ей на данный момент увлечена большая подростковая аудитория. Эти же промоутеры на фоне возросшего у молодого поколения интереса к насилию продвигают деструктивные игры–симуляторы, где подросткам предлагают виртуально отрабатывать сценарии кровавых расправ.

Остановить подростковое насилие. Выход есть

Сенатор Елена Мизулина предложила внести поправки в закон «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию» и запретить «размещение информации, считающейся насильственной» в компьютерных играх, где подростки «отрубают головы не Змею Горынычу, а реальным людям». Мизулина также предлагает карать нарушителей серьезными штрафами. Похожую идею высказали и в министерстве просвещения. Там предложили запретить всю информацию, которая побуждает подростков к совершению убийств. Минюст в свою очередь стал настаивать на введении уголовного наказания, начиная с 16 лет, за склонение несовершеннолетних к опасным для окружающих действиям.

Я считаю, что общество и государство должны совместно искать пути изменения ситуации, — убеждена член Попечительского совета Лиги безопасного интернета Елена Мильская. — Общественные организации должны более активно бороться за давно назревшие изменения в законодательстве в этой сфере. Ни один родитель, какой бы он ни был замечательный и серьезный, в одиночку не справится с этой проблемой, она общая для всех семей. Президент России Владимир Путин, выступая недавно на форуме клуба "Валдай", отметил, что эта проблема глобальная, решать мы ее должны сообща. Она — результат общей безответственности и равнодушия.

Во многих странах мира уже давно и успешно применяют законы, направленные на защиту детей от пагубной и разрушающей информации, эффективно работает также Конвенция о правах ребенка, принятая ООН. По словам Елены Мильской, по такому правильному пути идут страны Евросоюза, Китай и Индия.

За последние два года в ЕС была внедрена модель ответственности информационных посредников (Google, Facebook, YouTube, «ВКонтакте» и др.). В Германии, например, по закону социальные сети должны самостоятельно анализировать содержание информации и при обнаружении удалять ее в течение 48 часов. За неудаление запрещенного контента предусмотрен штраф в размере до 50 млн евро.

В настоящее время социальные сети в России не несут никакой ответственности за то, что позволяют размещать на своих площадках запрещенную информацию. Учитывая то, что пользователи соцсетей — это примерно 80% пользователей Интернета в России, такое положение вещей представляется безрассудным.

В России о необходимости регулирования информационного потока, пагубно влияющего на психику подростков, всерьез заговорили восемь лет назад. В 2010 году ограничились принятием закона «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию». Его действие стало сразу заметным — на экранах телевизоров и в кинотеатрах появились значки, обозначающие возраст, с которого возможен просмотр. Вся информационная продукция стала классифицироваться по пяти категориям: «до 6 лет», «с 6 лет», «с 12 лет», «с 16 лет» и «запрещенная продукция». Примечательно, что решение о классификации почему-то принимает сам производитель, а не государственные органы и экспертные организации. А на деле запрещенная информация не означает, что она «противозаконная». Вот и получается, что у нас допустима продажа такой продукции, но в закрытом доступе для детей и при соблюдении определенных административных мер.

В Госдуме предложили ограничить продажу детям и подросткам «жестоких» компьютерных игр. Фото: www.globallookpress.com

Как правило, продавцы не задают юным покупателям вопрос об их возрасте, а все, что не выставлено в магазине, легко и беспрепятственно можно достать в Интернете. Очевидно, что само понятие «запрещенной информации» требует дополнения и уточнения, учитывая реалии сегодняшнего дня и воздействие интернет-контента на неокрепшие детские умы.

Стоит отметить, что в 2014 году после первой громкой кровавой расправы в московской школе №263 в Госдуме предложили ограничить продажу детям и подросткам «жестоких» компьютерных игр. Производители «развлекательного» контента и либеральная прослойка общества тогда крайне неодобрительно отреагировали на инициативу и посоветовали депутатам сперва решить вопрос с изъятием из списка школьной литературы произведений, где бабушек убивают топором, а молодые женщины бросаются под поезд.

Очевидно, что сегодня медлить с принятием решения по вопросу закрытия доступа к запрещенному контенту подрастающего поколения нельзя. Иначе повторение керченской трагедии неизбежно. К решению проблемы сейчас необходимо подключиться профессиональному сообществу: психологам, педагогам, законодателям.

Несомненно, государство должно предъявлять к информации как продукту массового потребления повышенные требования качества и безопасности. Но, так или иначе, основная воспитательная функция и ответственность за формирование духовной и нравственной составляющей ребенка лежат прежде всего на родителях. И именно они обязаны разъяснять своим детям, как отличить добро от зла, и с каких героев в жизни все-таки надо брать пример.